— Хорошо, хорошо, клюёт, Матрёна Васильевна!
— Ой ли? Значит и за квартиру скоро?
— Скоро, скоро! На службу поступаю.
Он радостно отворил дверь в свою голубенькую комнатку. И как всё там ясно и весело было! И кривые стулья, и диван подпёртый поленом и занавесочка у Лизиной кроватки: всё это смеялось, ликовало, А сама Лиза сидела на полу и ковыряла иголкой какую-то тряпочку. Она весело посмотрела на него.
— Ну, деда, что? — крикнула она.
— Закутим, деточка, закутим с тобою. Смотри-ка, что я принёс.
Девочка бросила и тряпку, и иголку, и так быстро вскочила на ноженьки, что, потеряв равновесие, чуть не шлёпнулась па пол.
— Яичек, деда?
— И яичек, и говядинки и хлеба. Таких котлеток сделаем, что и царь таких не кушает.
Он положил свёрток на стол, и как был, в пальто, подхватил с пола внучку.