Что касалось самой техники компановки, то Шамшин советовал:
— Располагайте группы только пирамидально. Унылая линия через толпу — это достояние фотографии. Живопись, слава Богу, не фотография.
Если к этим медоточивым излияниям прибавить, что через каждые два слова Шамшин прибавлял "извольте видеть", — прелесть их выступит еще ярче. Ученики ему отвечали тем же. Наиболее нахальные, скрывшие свое нахальство под напускной стыдливостью, звали его в этюдном классе полунасмешливо, полуласкательно "старичок". Когда он замечал:
— Что вы пятый день над "следком" сидите? Так, изволите видеть, нельзя! Ухо написали, потом следок написали. Надо двигаться дальше!
Ему ехидно возражали:
— Зато какой следочек будет — фурорный! Вам, старичок, такой и не снился.
Наконец он возмущался:
— Какой я "старичок", для вас — я профессор.
— Вам и не снился такой следочек, ваше превосходительство.
Не многим лучше его были Виллевальде и Верещагин (Василий Петрович [13]). Первый как баталист держался так, точно был затянут в николаевский военный мундир. Он вспоминал эпоху Николая I как золотой век и даже изобразил на двух полотнах, как был осчастливлен высочайшим посещением царя и царевича. Себя он изобразил скромным верноподданным; Николая — воинственным полководцем, а Александра Николаевича кротким ценителем изящного.