-- Саша к портнихе пошла, -- ответила горничная: -- сказала, что вы её послали.
Она, правда, послала её к портнихе зашить разорванную амазонку. Сама судьба была против неё.
-- Зажгите у меня огонь. Вот вам ключ.
Она осталась в коридоре и ждала, пока горничная зажигала свечи. Коля стоял бледный, впившись в неё глазами.
-- Пожалуйте, -- сказала горничная, -- светло.
Она дрожа вошла в комнату. Она не звала его войти за ней. Но она слышала, что и он вошёл. Она слышала, как ключ два раза повернулся за нею. Она хотела вскрикнуть и не могла. Весеннее, жгучее, молодое опьянение охватило её. Она остановилась на середине комнаты.
-- Вы спрашиваете меня, поеду ли я в аул? -- спросила она, чувствуя, с каким трудом выговаривает слова. -- Нет, я не поеду.
-- Не поедете, нет? -- растерянно спросил он, и опять что-то жалкое разлилось по его лицу. Но это была мимолётная слабость. Брови его сдвинулись, зубы сжались.
-- Как не поедешь? Как не поедешь? -- шептал он, подходя к ней. -- Слышишь, ты должна ехать, -- иначе...
Она со слабым вскриком кинулась в угол. Но он и тут стал перед нею.