Мой ответ заставил папу замолчать на несколько мгновений, потом, как бы вопрошая строгим взором самого себя, он снова обратился ко мне:
― Что, если и духовная природа человека подчиняется законам, регулирующим физический организм, и от худого семени нельзя ждать хорошего племени? Что, если воля и влечения ― как сила, таящаяся в семенах и заставляющая распускающиеся листья зеленеть, ― что, если воля и влечения просто наследуются отцами от отцов и невозможно изменить наследственность? Тогда имеются племена убийц и грабителей! Вот он, первородный грех, неизгладимое клеймо преступного рода, которому нет искупления!
― Если грешник, рожденный от грешника, не может не грешить, унаследовав свою порочную натуру, тогда нечего говорить о грехе, ― прервал я папу.
― Нет, грех есть, ― сказал он, ― вечный дух сотворил витязя, который способен укрощать и заковывать в цепи слепого хищника, буйствующего в нас. Этот витязь ― рассудок. В его борьбе со зверем родятся порывы. Торжество витязя ― добродетель, торжество зверя ― грех.
Папа помолчал несколько мгновений, потом его взор прояснился, и он мягко сказал:
― Как по-вашему, монах Медардус, подобает ли наместнику Господню философствовать с вами о добродетели и грехе?
― Вы, всесвятейший владыка, ― ответил я, ― почтили вашего служителя беседой, высказав глубочайшие суждения о человеческой природе, и кому, как не вам, подобает говорить о борьбе, в которой вы давно, доблестно и преславно восторжествовали?
― Ты превозносишь меня, брат Медардус, ― сказал папа, ― не думаешь ли ты, что тиара ― это лавры, которых я заслуживаю как герой и победитель мира?
― Конечно, ― ответил я, ― властителю народа свойственно величие. Для высокопоставленного в жизни нет отдаления, и все соизмеримо; именно на высотах развивается всеохватывающая прозорливость, это высшее призвание и свидетельство царственного происхождения.
― Ты полагаешь, ― прервал меня папа, ― что даже скудоумным, слабовольным венценосцам не отказано в чудесном вразумлении; чернь принимает это за мудрость и по-своему благоговеет. При чем здесь я?