― Я родился в маленьком имении моего отца под Квечичевом.
― Как называлось имение?
― Крчинево, это была наша вотчина.
― Ваш польский язык не делает чести коренному поляку. Сказать по правде, вы говорите на немецкий манер. Отчего это?
― Много лет я говорю исключительно по-немецки. Уже в Кракове я был окружен немцами и преподавал им польский язык. Незаметно я перенял их произношение; так перенимают провинциальный говор в ущерб истинным красотам языка.
Следователь посмотрел на меня, и легкая улыбка мелькнула у него на лице. Затем он обратился к писарю и вполголоса что-то ему продиктовал. Я уловил только слова «не мог скрыть смущения» и приготовился дальше оправдывать мой плохой польский язык, однако следователь переменил тему:
― А в Б. вы никогда не были?
― Никогда.
― Но дорога из Кенигсберга сюда ведет через этот город.
― Есть и другая дорога.