Глов. Нет, слава богу, тяжбы нет, но тем не менее затруднительные обстоятельства. Выдаю замуж дочь, батюшка, осьмнадцатилетнюю девицу. Понимаете ли вы отцовское положение? Приехал за разными покупками, а главное заложить имение. Дело бы уже всё кончено, да приказ денег до сих пор не выдает. Даром совершенно живу.
Ихарев. А позвольте узнать, в какую сумму изволили заложить имение?
Глов. В двухстах тысячах. На-днях бы должны выдать, да вот затянулось. А мне уж так опротивело здесь жить! Дома-то, знаете, всё это оставил на самое короткое время. Дочь невеста … всё это ждет. Я уж решился не дожидаться и бросить всё.
Ихарев. Как же? и денег не хотите дождаться?
Глов. Что ж делать, батюшка? Вы рассмотрите и мое положение. Ведь вот уж месяц, как не видался с женой и детьми; писем даже не получаю, бог весть, что там делается. Я уж всё дело поручаю сыну, который здесь остается. Надоело возиться. (Обращаясь к Швохневу и Кругелю). А что ж вы, господа? Я, кажется, вам помешал. Вы чем-то занимались?
Кругель. Вздор. Это так. От нечего делать вздумали поиграть.
Глов. Кажется, что-то похоже на банчик.
Швохнев. Какое! для препровожденья времени грошовый банчик.
Глов. Эх, господа, послушайте старика. Вы молодые люди. Конечно, тут ничего худого, больше для развлеченья, да и в грошовую игру нельзя много проиграть, всё это так, но всё … Эх, господа, я сам играл и знаю по опыту. Всё на свете начинается грошовым делом, а смотришь, маленькая игра как раз кончилась большой.
Швохнев (Ихареву). Ну, пошел уж старикашка плесть свое. (Глову). Ну, вот видите, вы уж тотчас припишете важное следствие всякому вздору, это всегда уж обыкновенная замашка всех пожилых людей.