< Вульфинг >. А так. Сами держат руку неприятелей.
< Туркил >. Ну, вот!
< Вульфинг >. Почему ж не побить? Ведь наших впятеро будет больше, если собрать всех саксонов, а англов-то одних всадников будет на всю дорогу от Лондона до Иорка! А датчан всех-на-всех трех тысяч не будет.
< Туркил >. Э, любезный приятель мой! Как твое имя? Вульфинг?
< Вульфинг >. Вульфинг.
< Туркил >. Так будем приятелями, Вульфинг.
< Вульфинг >. Вот тебе рука моя.
< Туркил >. Не говори этого, любезный Вульфинг. Им помогает нечистая сила, тот самый сатана, о котором читал нам в церкви священник, что искушает людей. Они, брат, и море заговаривают. Вдруг из бурн<ого> сделается тихо, как ребенок, а захотят — начнет выть, как волк. Наши всадники давно бы совладали с ними …
< Вульфинг >. Народ опять затеснился. Да и сами таны махают шапками. Посмотрим, верно, король наконец едет.
Голос в народе. Ну, теперь корабль, так корабль!