«Нет, брат, дело кончено, я с тобою не стану играть».

«Так ты не хочешь играть?»

«Ты сам видишь, что с тобою нет возможности играть».

«Нет, скажи напрямик, ты не хочешь играть?» говорил Ноздрев, подступая еще ближе.

«Не хочу!» сказал Чичиков и поднес, однако ж, обе руки на всякий случай поближе к лицу, ибо дело становилось в самом деле жарко. Эта предосторожность была весьма у места, потому что Ноздрев размахнулся рукой… и очень бы могло статься, что одна из приятных и полных щек нашего героя покрылась бы несмываемым бесчестием; но, счастливо отведши удар, он схватил Ноздрева за обе задорные его руки и держал его крепко.

«Порфирий, Павлушка!» кричал Ноздрев в бешенстве, порываясь вырваться.

Услыша эти слова, Чичиков, чтобы не сделать дворовых людей свидетелями соблазнительной сцены, и вместе с тем чувствуя, что держать Ноздрева было бесполезно, выпустил его руки. В это же самое время вошел Порфирий и за ним Павлушка, парень дюжий, с которым иметь дело было совсем невыгодно.

«Так ты не хочешь окончивать партии?» говорил Ноздрев. «Отвечай мне напрямик!»

«Партии нет возможности оканчивать», говорил Чичиков и заглянул в окно. Он увидел свою бричку, которая стояла совсем готовая, а Селифан ожидал, казалось, мановения, чтобы подкатить под крыльцо, но из комнаты не было никакой возможности выбраться: в дверях стояли два дюжих крепостных дурака.

«Так ты не хочешь доканчивать партии?» повторил Ноздрев с лицом, горевшим, как в огне.