На открытых песчаных лугах по Сухаре росло несказанно как много ревеню, Rheum undulatum, с чрезвычайно толстым кореньем.
Крушина, Ramnus erythroxylum, похожий на Ramnus lycioides. Его твердое и как кровь красное дерево, называемое по здешнему яшил, идет на кивоты божкам у здешних народов.
Rubia cordifolia, марена сердцеобразная.
Menispermum canandese. Месячное семя, лунносеменик канадский, редкая трава, женский род ее вьется по скалам как повиличные, мужские растут прямо.
Spiraea salicifolia. Таволга верболистная, по песчаным берегам во множестве.
Linum perenne. Также и там же.
Hedysarum fruticosum, гребешок, петушья головка (кустистый), прекрасно украшал Селенгинские песчаные горы.
Hipecoum erectum, житный цвет, житник, мачок полевой, размножается до самого жилья, как куколь.
Столь же хорошо роскошествовали и окольности селенгинские, состоя из пригорков черноземных, открытых солнцу, подымающихся в отлогие горы, и производя почти все травы, какие находятся в Даурии. Прибыв 20 июня туда, застал я следующие травы:
Sophora lupinoides, индейское растение.