Власть князя была сильно ограничена. Он не мог в волостях новгородских постановить своих мужей, но новгородцев.
Он не мог иметь сел, купить, ни принять дары и подати, ни жена его, ни слуги во всей Новгородской волости.
В Русу мог ездить только на третью зиму. В Озвадо за звериною охотой летом. В Ладогу на третье лето.
Он не мог выводить в свою волость людей ни из какой Новгородской волости.
Не мог требовать для своих дворян провозу, подвод у купцов, выключая разве в случае ратной вести.
Не мог иначе торговать с немцами, как посредством новгородцев?
Не мог приставлять к немецкому двору своих приставов, нижѐ закрыть.
Кроме того, князю предписывалось не слушать наветов, не мстить, не препятствовать бессрочному житию новгородских гостей.
(Смотри грамоту новгородц<ев> Ярославу Ярославичу — 1263).
Без посадника не мог раздавать волостей, ни лишить, ни судить.