— Какая? — круто обернулась к нему Елена, вся сияя и светясь от внутреннего чувства. — Какая?
Матвей не успел ответить. В дверь кто-то постучался.
Оба встревоженно переглянулись. Матвей пошел открывать.
Вошел товарищ, державший связь с комитетом.
— Ну, дела! — вместо приветствия крикнул он. — Получился царский манифест! Вроде того, как будто, что всякие свободы и конституция!
— Откуда вести?
— Давайте, давайте сюда!
— Вести вчера поздно ночью нарочный из Сосновки привез. Сосновка телеграфную связь установила с западом.
Товарищ начал рассказывать подробности. Елена стряхнула с рук мыльную пену, вытерла их, подошла поближе. У нее вырвалось:
— А как же теперь?