— Нестеров! Выходите, господин Нестеров!..
Нестеров подтянулся, взглянул быстро на Осьмушина и на других и твердо пошел в вагон...
Когда Павлов выкликнул Осьмушина, у телеграфиста быстро заколотилось сердце. Прошло несколько томительных минут, Нестеров не показывался больше из вагона, кругом была зловещая тишина и этот сияющий вагон, и неизвестность...
Солдат почти втолкнул Осьмушина в вагонный коридор, а оттуда в небольшой салон. Осьмушин, ослепленный ярким светом, не сразу разглядел находящихся в салоне. Брезгливый, скрипучий голос встретил Осьмушина:
— Встань, как следует!.. Социалист? Бастовал? Состоишь в организации?
Осьмушин не успел вымолвить слова, а голос зазвенел злобой:
— Молчать!.. Этот самый?
Сбоку вынырнул Павлов и вытянулся в струнку:
— Так точно! Он самый. Социалист. Отъявленный. В город с поручениями ездил. Вообще...
— Хорошо! Увести в вагон!