— Ваше сиятельство, — вырос около него откуда-то появившийся ротмистр Максимов, — ваше сиятельство, все обошлось благополучно!..
— Да... благодарю вас! — кивнул головой Келлер-Загорянский и стал подыматься по ступенькам подъезда.
Связанного Павла взвалили на извозчичьи санки, и, окруженный конвоем, он был увезен в тюрьму. Ротмистр вошел следом за Келлером-Загорянским к губернатору.
Его превосходительство, осведомленный о происшедшем, крепко жал руки Келлеру-Загорянскому и высказывал свое возмущение террористами.
— Ротмистр! — обратился он взволнованно и сердито к вошедшему Максимову. — Неужели у вас так поставлена... м-да... охрана?! Это же... м-да...
— Ваше превосходительство! — вытянулся почтительно, но независимо ротмистр. — Именно благодаря нашей бдительности и неусыпной работе, его сиятельство здравы и невредимы, а преступник выявлен!.. Именно благодаря нашей бдительности!
— А-а! — успокоился губернатор. — М-да... Ну, поздравляю, поздравляю!..
Ротмистр щелкнул шпорами.
После завтрака, когда все разъехались от его превосходительства и не было никого посторонних, губернаторша, вздохнув и закатывая глаза, с упреком произнесла:
— Вот видишь, как везет человеку... Теперь граф удостоится новой монаршей милости, а ты и нынче к новому году не получил звезды... Обидно!