— Имеются?
Женщина покачала головой (в уголки рта заползли ручейки слезовые, солоно).
— Нет... не знаю...
И снова улыбнулся Коврижкин, перегнулся еще к кому-то из трех и сказал ему:
— Пойди, Гаврилыч, скажи — пушшай толстую эту доставят сюда. Поспрошаем.
Один из трех вышел.
Было тихо в избе. За столом молчали. Молча поглядывали на женщину. И Коврижкин уже не предлагал ей садиться на табуреточку.
Потом пришли Королева Безле и тот, кто уходил за ней.
Королева Безле подошла к столу, сбоку, украдкой посмотрела на вдову. Посмотрела — вздохнула.
Коврижкин вытянулся через стол к ней, протянул руку, отставил палец (темный с черным ободком грязевым под ногтем; узловатый), и пальцем на вдову, Валентину Яковлевну.