Адъютант штаба часто осматривал замки и печати у этих ящиков. В походе к ним часто подъезжал кто–нибудь из старших. И караулу было наказано строго–настрого никого не подпускать к ним ни в пути, ни на остановках.
3. Подполковник Недочетов.
И хотя еще не было на этом пути встречи с неприятелем, но были уже жертвы похода: умирали слабые, не переносящие острых стуж, обессиленные болезнями; заболевали огненным недугом и быстро сгорали. Мертвых сваливали на возы с кладью, довозили до деревни и наспех рыли неглубокие могилы в каменной, промерзшей земле.
Но когда умер, недолго прохворав, подполковник Недочетов, тело его не оставили в ближайшей деревне, а повезли с собой в дальний поход.
Может быть, и подполковника Недочетова тоже зарыли бы где–нибудь на сиротливом деревенском кладбище, но вмешалась вдова, Валентина Яковлевна. Она сдвинула брови, сжала тонкие обветренные губы и, разыскав кого–то из главных, сурово сказала:
— Я считаю, что заслуги Михаила Степановича достаточны для того, чтобы вы не бросали его здесь, по дороге… Я требую, чтобы тело было доставлено на восток…
И в этот же день был сколочен крепкий гроб, обит черным сукном (из запасов штаба), изукрашен крестом из позументов. В гроб положили подполковника Недочетова, осветили свечками, упокоили молитвами (при отряде шел молодой молодцеватый поп), а потом гроб с телом уставили на розвальни, приставили почетный караул и вместе со всем нужным и ненужным скарбом отряда повезли по узким, бесконечным, незнаемым дорогам.
За гробом, укутанная, неподвижная, молчаливая, поехала Валентина Яковлевна, вдова.
В штабе посердились, поворчали.
— Фантазия!.. Везти труп бог знает в какую даль?.. Можно было бы похоронить с честью в пути—и дело с концом!.. Подумаешь — какие нежности!