— «Пожалуй, заупрямятся... Да как бы чего плохого не надумали!..».
Тяжелая тоска навалилась на Аграфену. Она оглянулась: одинокое зимовье, глухая речка, и лес кругом, и хребты за лесом отделили от людей. Откуда ждать помощи, если придет какая-либо беда!?.
Под чьими-то ногами треснула сухая ветка. Аграфена испуганно вскочила.
К речке быстро подходил Ли-Тян.
— Твоя уходи!.. — запыхавшись сказал он и оглянулся в сторону поля. — Моя не оставайся тут... Моя все бросай и ходи далеко... Твоя тоже ходи!..
— Зачем? — ничего не понимая и холодея от тревоги, спросила Аграфена.
— Твоя уходи!.. Здесь живи не надо!.. — твердил Ли-Тян. — Люди шибко худой, шибко сердитый!..
— Куды же я? — жалобно и беспомощно растерялась женщина. — У меня за имя[1] деньги зажитые... Мне получить надо...
Но Ли-Тян покачал головою:
— Какая деньга?!. Твоя без деньга уходи!..