– Сразу, как только сможет.
Хрюша, струясь, выбрался из воды и голый стал протирать носком очки. Единственный звук, пробивавшийся к ним сквозь жару раннего часа, был тяжелый, тягучий гул осаждавших риф бурунов.
– А почему он узнает, что мы тут?
Ральф нежился в воде. Перебарывая, затеняя блеск лагуны, как кисея миража, его окутывал сон.
– Почему он узнает, что мы тут?
«Потому что, – думал Ральф, – потому что – потому». Гул бурунов отодвинулся в дальнюю даль.
– На аэродроме скажут.
Хрюша покачал головой, надел очки и сверкнул стеклами на Ральфа.
– Нет уж. Ты что – не слыхал, что летчик говорил? Про атомную бомбу? Все погибли.
Ральф вылез из воды, встал, глядя на Хрюшу и сосредоточенно соображая.