– Тут водятся свиньи, – сказал он. – Еда обеспечена. Купаться можно в той бухте. И вообще. Кто еще что-нибудь обнаружил?
Он вернул Ральфу рог и сел. Очевидно, больше никто не обнаружил ничего.
Старшие заметили мальчугана, уже когда он стал отбиваться. Малыши выталкивали его на середину, и он упирался. Он был щупленький, лет шести, и багровое родимое пятно скрывало у него пол-лица. Вот он встал, сжавшись под пересечением взглядов, ввинчивая в жесткую траву носок ботинка. Он что-то мямлил и чуть не плакал.
Другие малыши, важно перешептываясь, подталкивали его к Ральфу.
– Ну ладно, – сказал Ральф. – Говори же.
Малыш затравленно озирался.
– Говори!
Малыш потянулся за рогом, и все покатились со смеху. Тогда он отдернул руку и зарыдал.
– Дайте ему рог! – крикнул Хрюша. – Пусть возьмет!
Ральф наконец вручил малышу рог, но порывом общего веселья у того уже унесло последние остатки решимости, и он лишился голоса. Хрюша стал рядом на колени, держа перед ним огромную раковину, и начал переводить собранию его речь.