Филиберт. Я так ненавижу отца, что и сын будет мне не мил.
Марианна. Голос крови, сударь, заставит вас забыть всякую обиду.
Гасконь. У вас одна-единственная дочь. Ужель у вас хватит духу бросить ее и не видеться с ней никогда?
Филиберт. У меня так тяжело на душе, что, мне кажется, я умру.
Марианна. Гасконь!
Гасконь. Ну?
Марианна. Вы меня понимаете? (Делает ему знак, чтобы тот вышел.)
Гасконь. Понял.
Марианна. Пора.
Гасконь. Попробуем.