Марколина. А все-таки надо было что-то сказать. Ведь он, наверное, потребовал ответа.
Пеллегрин. Представьте себе, что там, кроме отца, был Дезидерио и его сын. Ничего нельзя было сказать, хоть тресни!
Марколина. Так, значит, вы промолчали?
Пеллегрин. А вы думаете, я еще не поговорю?
Марколина. Неужели поговорите? Поговорите, когда уже поздно будет. Несчастная я женщина! Неужели мыслимо такое дело? Неужели у меня на глазах возьмут моего ребенка? Нет, этому не бывать! Никогда, слышите вы, разбойники, проклятые собаки, предатели! Нет, нет, нет! Не дам вам на мученье свою плоть и кровь; сумею защитить свое сокровище! Пусть-ка придут, если посмеют, пусть попробуют отнять ее у меня! Я буду змеей, василиском, дьяволом!..
Пеллегрин. Успокойтесь…
Марколина. Оставьте меня…
Пеллегрин. Ну, дорогая…
Марколина. Убирайтесь вон!
Пеллегрин. Не доводите меня до отчаяния.