Граф (про себя). Он принес какую-то записку лорду. Я подозреваю, что это от Розауры. (Громко.) Друг мой, я рад за вас. Ведь вот везет тому, кто родился в сорочке. Женщины так и бегают за ним. Послания так и летят к нему. Синьора Розаура…
Рюнбиф. Вы дурак! (Уходит.)
Граф. Я — дурак! Чорт возьми! Он раскается в этом оскорблении. Он ответит на вопрос моей шпаги… Но что говорит моя дорогая Розаура? Обрадует или убьет меня ее письмо? Прочтем все-таки, каков бы ни был приговор моего кумира. (Читает про себя). О, какое счастье! О моя любимая Розаура! О строки, которые возвращают мир моему сердцу! Неужели правда, что ты считаешь меня достойным своей любви, сокровище мое единственное? И я могу надеяться на твое сострадание к моему чувству? Могу осмелиться любить тебя и быть тебе верным? Да, так и будет, моя дорогая. Буду верен, не бойся. Нет, милорд, нет, я не боюсь тебя! Ты правильно сказал, что я был дураком, думая, что она любит тебя, и считал тебя своим соперником. Мне принадлежит ее сердце. Розаура будет моей. Я этого страстно хочу, верю в это, и этот листок дает мне в том почти полную уверенность. (Уходит.)
СЦЕНА 20
Дон Альваро прогуливается, потом Арлекин, одетый по-испански.
Альваро. Или Розаура плохо знает приличия, или Арлекин плохой слуга. Заставить меня ждать так долго очень невежливо. Я не снес бы этого и за миллион дублонов. Пусть только он придет. Я велю дать ему сто палок. Нельзя так поступать с кавалерами моего ранга. Но… быть может… лицезрение моих предков задержало ее. Ведь целых двадцать четыре поколения. Начинается с короля. Там столько герцогов с самыми громкими именами. Пожалуй, задержка и извинительна.
Арлекин (входит сначала не замеченный доном Альваро, который все прохаживается). Ваша милость!
Альваро. Ну, что ты принес?
Арлекин. Да здравствует король, наш государь! (Снимает шляпу.)
Дон Альваро тоже.