Маркиза Беатриче и Розаура.
Беатриче. Ну, подойдите же ко мне, Розаура! Говорите со мною откровенно, — ведь это свойственно вашему характеру; и с моей стороны вы встретите ту же откровенность. Давайте обе сбросим маски и побеседуем о нашем деле без околичностей.
Розаура. Синьора, я не употребляю во зло свободу, которую вы мне предоставляете, и раз вам это угодно, я буду говорить.
Беатриче. Каковы ваши притязания?
Розаура. Они подсказываются мне моим происхождением и голосом совести.
Беатриче. Значит, вы решились обратиться к его величеству?
Розаура. Прежде чем обратиться к монарху, я хочу прибегнуть к другому суду.
Беатриче. Какой же это суд?
Розаура. Это — суд вашего сердца. В вас есть сострадание и есть справедливость. Вы знатного рода, мысли ваши не могут не быть благородными, а ваша, доброта видна в том, как вы ко мне относитесь. Вы знаете, на чем я строю свои притязания, и вам известно, каковы мои права на эту землю. Я не думаю, чтобы вы хотели видеть меня сломленной несправедливостью, и потому вы сами будете моей защитой, моим адвокатом, моей покровительницей. Если бы я не была уверена в вас, я бы не раскрыла так легко своего сердца. Наоборот, я стала бы играть роль, притворяться, льстить вам. Но я вас знаю — и доверяюсь вам. Мое сердце на моих устах, и я у вас самой прошу справедливости, совета, ободрения.
Беатриче. Ну вот! Когда вы изложили мне ваше дело, я скажу вам свое решение. Хотите?