Труфальдино. Больше ничего! Никто ничего не хочет!
Слуга. Очень приятно.
Труфальдино. Накройте для меня.
Слуга. Сейчас. (Уходит.)
Труфальдино. Вытащу свой пудинг. Ура! Отвоевал-таки его! И все довольны, никому ничего больше не надо, и всем я угодил. Служил сразу двум хозяевам, и ни один не узнал о другом. Но если я прислуживал двоим, то теперь пойду наемся за четверых. (Уходит.)
СЦЕНА 16
Улица с видом на гостиницу.
Змеральдина, затем слуга из гостиницы.
Змеральдина. Не очень-то скромные манеры у моей хозяйки. Посылает меня с запиской в гостиницу. Меня, такую молоденькую![12] Плохо служить у влюбленной девушки. Взять хотя бы мою хозяйку: блажит на тысячу ладов. А вот чего я уж совсем не могу понять: влюблена в синьора Сильвио так, что готова даже кишки себе выпустить, и в то же время посылает записочки другому. Уж не хочет ли она заготовить одного на зиму, а другого на лето? Позову кого-нибудь. Эй, кто там в доме? или в гостинице?
Слуга. Что вам нужно, милая девушка?