Широко подготвленная операцiя по овладѣнiю р. Амуромъ превращаетъ наше Приморье, или точнѣе говоря — раiонъ Владивостока и Никольска Уссурiйскаго, въ стратегическую ловушку для собранныхъ тамъ красныхъ силъ.
Съ овладѣнiемъ р. Амуромъ и, слѣдовательно, и Амурской желѣзной дорогой, Японскiй генеральный штабъ имѣетъ полную возможность не предпринимать захвата открытой силой крѣпости Владивостока, а ограничиться одной ея блокадой, которая неминуемо приведетъ къ ея сдачѣ. Осуществленiе такой блокады не потребуетъ отъ Японiи большихъ силъ и поэтому она сохранитъ полную возможность перебросить большую часть свлихъ войскъ, предварительно направленныхъ противъ Приморья, на западъ, навстрѣчу вторгнувшейся изъ Забайкалья красной армiи. Какъ я уже говорилъ, Японiи даже выгодно втянуть эту армiю на восточный склонъ Большого Хингана. Собранныя здѣсь японскiя силы будутъ базироваться на Восточно-Китайскую желѣзную дорогу, но кромѣ того, согласно меморандума Танаки[46], Японiя предполагаетъ постройку новой желѣзной дороги, протягивающейся отъ Чанчуна на западъ. Эта новая желѣзная дорога намѣчается черезъ Таонанъ на Солунь. Постройка этой желѣзной дороги чрезвычайно улучшаетъ стратегическое положенiе Японцевъ. Во первыхъ, она позволитъ японскому генеральному штабу сосредоточить двойныя силы противъ Красной Армiи, перевалившей черезъ Большой Хинганъ, во вторыхъ, она позволитъ Японской Армiи базироваться на Солунь и выйти въ правый флангъ и тылъ этой красной армiи, что превращаетъ японскiй успѣхъ въ катастрофу Забайкальской и Красной Армiи.
Если мы подведемъ теперь итогъ всему сказанному о возможностяхъ стратегическаго маневрированiя Красной и Японской сторонъ, вступившихъ въ войну на Дальнемъ Востокѣ, мы можемъ придти къ слѣдующему безспорному выводу: Японскiй генеральный штабъ имѣетъ полную возможность, не обладая общимъ численнымъ превосходствомъ надъ Красной Армiей, создавать такое превосходство и при этомъ значительное, въ нужномъ ему мѣстѣ въ нужное время.
Дабы подчеркнуть то вниманiе, съ которымъ относится Японскiй генеральный штабъ къ соотвѣствующему стратегическому желѣзнодорожному оборудованiю Манчжу-Го, я упомяну еще объ одной желѣзной дорогѣ, на проведенiи которой настаиваетъ меморандумъ Танаки. Это такъ называемая Жехэйская желѣзная дорога, долженствующая быть проведенной отъ Тунляо на Жэхолъ. Сооруженiе этой желѣзной дороги создаетъ для Японiи охватывающую стратегическую базу для дѣйствiй противъ Пекина.
Для того, чтобы закончить разсмотренiе вопроса о количествѣ силъ, необходимыхъ Японiи для борьбы съ большевиками, я сравню еще возможности, которыя будутъ имѣть каждая изъ воюющихъ сторонъ для использованiя современной техники.
Какъ мы видѣли изъ сказаннаго выше, возможности большевиковъ въ этомъ отношенiи будутъ ограничены провозоспособностью Сибирской магистрали. При полномъ возстановленiи послѣдней, Красныя Армiи, сосредоточенныя на Дальнемъ Востокѣ, будутъ имѣть для своего снабженiя лишь немного болѣе 1½ поѣзда на пѣхотную дивизiю.
Посмотримъ теперь, до какой величины можетъ быть доведена эта норма для Японской армiи.
Обсервацiонная армiя (или армейская группа) оставленная Японiей противъ Китая на южной границѣ Манчжурiи и Жехола, можетъ получить все свое снабженiе изъ портовъ Инкоу и Хултай и потому совершенно не займетъ трафика по остальной Манчжурской желѣзно-дорожной сѣти.
То же самое можно сказать по отношенiю къ той армiи (или группѣ силъ), которая будетъ предназначена для непосредственныхъ дѣйствiй противъ Владивостока (вдоль побережья). Она будетъпрямо базироваться на портъ Рашинъ.
Такимъ образомъ, вся Манчжурская желѣзно-дорожная сѣть будетъ обслуживать лишь японскiе войска, дѣйствующiя въ Сѣверной Манчжурiи.