— Вот здорово-то! — радовались ребята. И Тайдана, и Чалдона и черного всех разыскали! Только бы еще солдата найти да из тюрьмы их с Тайданом выручить.
Через два часа ребята уже были на Большой Королевской. Зашли во двор. Чалдон стоял привязанным у крыльца.
Стали подниматься по лестнице, а товарищ Иванов уже кричит:
— Сюда, сюда, товарищи! Ну, вот, будем чай пить, — усаживал он ребят. — Расскажите, что вы тогда подумали обо мне, когда не нашли ни меня, ни Чалдона.
Ребята смутились и молчали, особенно Сенька: ему стыдно было смотреть на товарища Иванова.
— Знаю, знаю: подумали, что бродяга и есть, да еще и вор — верно?
Сенька, не поднимая глаз, кивнул головой.
— Ну, ладно, что было, то прошло, теперь мы узнали друг друга. Знаете, ребята, ведь Чалдон оказал мне большую услугу в ту ночь, да не только мне, а и нашему отряду... Он оказался не так уже попорченным: сначала действительно прихрамывал, а потом разошелся — хоть бы что! Я той ночью верст пятьдесят на нем проскакал, много дела большого сделал... Да вы чего не едите и не пьете? Ешьте досыта, — угощал Иванов.
— У нас Тайдана арестовали и еще одного, солдата нашего...
— Какого Тайдана? Не старик ли такой маленький? Я сегодня такого допрашивал в тюрьме.