— Никуда не годится, товарищ Батуев, — решительно проговорил он, — кто это вас надоумил так написать? Я же вам объяснял…
Батуев пожал плечами.
— Перед отъездом Аркадия Васильевича я с ним согласовал, — сердито сказал он, — и все данные от него получил…
— Ни одной цифры верной. Все — вранье. Ведь вы знаете Лабунского…
— Как же теперь быть?
— Отправляйтесь к себе. А я сам пересоставлю доклад. Но заметьте, что это не работа, а безобразие!
Батуев опять пожал плечами. Карбышев ясно видел, что он ничуть не считает себя виноватым; наоборот, по его мнению, виноват в чем-то Карбышев, — в излишней взыскательности, в том, что ему невозможно угодить.
— Идите, — быстро и резко сказал Дмитрий Михайлович, — идите и не мешайте мне работать!
Когда Батуев вышел, Юханцев недовольно покачал головой.
— Неправильный у тебя метод, товарищ Карбышев, — высказался он, — ну что за толк обругать дурака и вон выгнать, а самому за него делать? Его заставить надо. Как на заводе…