— Я когда-нибудь нарисую громадную картину, — сказал я, — до потолка… у меня была рама… громадная рама… мама её в печке сожгла. Жалко мне эту раму…
— Если быть художником, — сказал он, — только великим. Мне один художник сказал, что не великим художником быть не стоит.
— Бей пять, — сказал я.
— Потом, — сказал он.
— Конечно, — сказал я.
— Звонка что-то нет, — сказал он. — Долго мы здесь сидим. Мне по чувству кажется — звонок должен быть.
— Наверное, ещё рано… — сказал я.
— Пойди-ка ты на разведку, — сказал он.
— На какую разведку? — спросил я.
— Был звонок или нет, — сказал он.