Олимпиада Васильевна. Ошибся? Ах, он ошибся!
Она надевает перчатки.
— До свидания, Валентина Николаевна, — говорит она. — До свидания, дети. Привет от меня Володе.
Я встречаю дядю Гошу
Мы стояли на углу улицы. Дядя Гоша хлопал меня по плечу:
— Вот так встреча! Давно не видать! Ты, Петро, не сердись, небось сердишься? Ты приходи. Я конфет дам.
— Я не сержусь, — говорю, — а конфет не хочу.
— Ну и не сердись. Мал ещё сердиться. А я скоро, брат, катану!
— Как катанёте?
— Не как, а куда. В бой, конечно, куда же ещё! В бой пора, в бой! Ну, как отец? Всё воюет? Он боевой человек, боевой. Вояка! Ты письма-то пишешь отцу? Ты пиши ему письма. Отец ведь. Скажи: так, мол, и так, встретил Гошу… А мать как? Ничего, жива? Мда… Вот такие дела, а я скоро отправляюсь… Мы ведь с тобой мужчины. Защита отечества есть что? Есть священный долг. Не так ли? Мы понимать должны. А разве мы не понимаем? Мы всё понимаем. И то, что отступают наши. И то, что германец давит. Когда я плавал на голубке «Куин Мери»…