Показывали красных конников.
Показывали, как горит город.
Показывали военных в землянке.
И вдруг смотрю — папа!
Сначала я не узнал его, он стоял, нагнувшись над картой, а рядом ещё военные, и все на карту смотрят, потом папа взглянул на меня, и я сразу узнал его и на всё кино крикнул:
— Папа!
Вокруг меня зашикали.
— Тише, — говорят, — не мешайте смотреть картину. Какой тут может быть папа!
А один говорит:
— Очень даже возможно; напрасно вы, граждане: может, и впрямь он отца увидел. Может, отец его киноартист.