Над Кебрионом смеясь, сказал ты, Патрокл конеборец:

«Право же, как человек этот легок! Как ловко ныряет!

Если бы на море, рыбой обильном, он вдруг очутился,

Многих сумел бы насытить он, устриц ища, для которых

Прыгал бы в море с судна, как бы ни было море сердито,

Так же легко, как и здесь, на земле, он нырнул с колесницы!»

Кто бы подумал, что есть водолазы и между троянцев!»

Так промолвивши, бросился он к Кебриону герою

Бурный, как лев разъяренный, который, загон истребляя,

В грудь стрелой поражен, и бесстрашием сам себя губит.