И в изумленье великом кругом Ахиллес огляделся,
Тяжко вздохнул и сказал своему благородному сердцу:
«Боги! Великое чудо своими глазами я вижу!
Пика моя предо мною лежит, но нет пред глазами
Мужа, в которого я ее бросил, убить собираясь!
Мил, как я вижу теперь, и Эней божествам олимпийским.
Мне же казалось, что он только попусту хвалится этим.
Пусть убирается! Больше со мною пытаться сразиться
Он не захочет, — уж тем он доволен, что спасся от смерти.
Ну, а теперь я, призвавши данайцев воинственных к битве,