Но для чего мое сердце волнуют подобные думы?
Нечего мне к Ахиллесу итти! Мольбы не почтит он,
Не пожалеет меня и совсем, как женщину, тут же
Голого смерти предаст, едва лишь доспехи сниму я.
Нам невозможно уж речь начинать с ним от дуба и камня, [76]
Как это делают дева и юноша, встретясь друг с другом,
Дева и юноша, между собою ведя разговоры.
Лучше гораздо как можно скорее сойтись нам с оружьем.
Там уж увидим, кого из двоих Олимпиец прославит».
Так рассуждал он и ждал. Ахиллес подошел к нему близко,