И самого не пустили меня, и народ удержали.
Если, однако, в те дни нам широко гремящий Кронион
Ум повредил, то сегодня он сам и зовет и ведет нас!»
Так он сказал. И еще свирепей они бросились в битву.
Сыпались частые стрелы в Аякса, не смог устоять он
И, увидавши грозящую смерть, отступил не намного
На кормовую скамью семистопную сзади помоста.
Там он стоял, выжидая, и пикой сражал средь троянцев
Каждого, кто приближался, неся неустанное пламя.
И непрерывно ужасно кричал, ободряя данайцев: