ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ.

Эрмий тем временем, бог килленийский, мужей умерщвленных

Души из трупов бесчувственных вызвал; имея в руке свой

Жезл золотой (по желанью его наводящий на бодрых

Сон, отверзающий сном затворенные очи у сонных),

5 Им он махнул, и, столпясь, полетели за Эрмием тени^{[139]5. Полетели за Эрмием тени… — Описанная здесь сцена в Аиде дает совершенно другие представления о загробном мире, чем в одиннадцатой песни: души попадают в царство мертвых еще до погребения тел, их ведет туда своим жезлом Гермес (Эрмий), души сохраняют память и т. д. Все это заставляет думать, что здесь сделана позднейшая вставка.}

С визгом; как мыши летучие, в недре глубокой пещеры,

Цепью к стенам прилепленные, если одна, оторвавшись,

Свалится наземь с утеса, визжат, в беспорядке порхая, —

Так, завизжав, полетели за Эрмием тени; и вел их