— Часы есть, только они отстают на три минуты, — ответил он.
— В неделю?
— Нет, в десять дней.
Он расстегнул потертое демисезонное пальто, под которым оказался жилет из овчины, и извлек из нагрудного кармана ручные часики.
— Вот, носите на здоровье да почаще заходите проверять.
— Буду стараться, — обещала Наташа, надевая часы.
— Сюда ходить не стоит — слишком на виду, лучше домой, — он назвал адрес, близко от улицы, где жила Наташа. — Там когда-то был магазин, окна широкие, постучите в правое. Зовут меня Тимофей Константинович.
Он улыбнулся, но тотчас принял прежний деловой вид и нарочно громко сказал:
— Не беспокойтесь, барышня. Часы немецкие. Не с улицы берете, меня весь штаб знает!
В мастерскую вошел, притиснув Наташу к перегородке, немецкий офицер. Наташа выскользнула в открытую дверь.