— Никогда! — повторила она.
— Да, — говорил он задумчиво, — у тебя недостало бы силы взглянуть стыду в глаза. Может быть, ты не испугалась бы смерти: не казнь страшна, но приготовления к ней, ежечасные пытки, ты бы не выдержала и зачахла — да?
Он всё заглядывал ей в глаза, что она.
Она смотрит весело; картина ужаса не смутила её; на губах её играла лёгкая улыбка.
— Я не хочу ни чахнуть, ни умирать! Всё не то, — сказала она, — можно нейти тем путём и любить ещё сильнее.
— Отчего же бы ты не пошла по этому пути, — спросил он настойчиво, почти с досадой, — если тебе не страшно?..
— Оттого, что на нём… впоследствии всегда… расстаются, — сказала она, — а я… расстаться с тобой!..
Она остановилась, положила ему руку на плечо, долго глядела на него и вдруг, отбросив зонтик в сторону, быстро и жарко обвила его шею руками, поцеловала, потом вся вспыхнула, прижала лицо к его груди и прибавила тихо:
— Никогда!
Он испустил радостный вопль и упал на траву к её ногам.