Она молчала, опустив голову.
— Или боялись бы бабушки?
Она очнулась.
— Да, это правда: если б не решилась, то потому только, что боялась бы ее… — шептала она.
— Так не подходите же ко мне близко, — сказал он, отодвигаясь, — старуха бы не пустила…
— Ах нет, пустила и благословила бы, а сама бы умерла с горя! вот чего боялась бы я!.. Уехать с вами! — повторила она мечтательно, глядя долго и пристально на него, — а потом?
— А потом… не знаю. Зачем это «потом»?
— И вдруг вас «потянет» в другую сторону, и вы уйдете, оставив меня, как вещь…
— Отчего, как «вещь»? Можно расстаться друзьями…
— Расстаться! Разлука стоит у вас рядом с любовью! — Она безотрадно вздохнула. — А я думаю, что это крайности, которые никогда не должны встречаться… одна смерть должна разлучить… Прощайте, Марк! — вдруг сказала она, бледная, почти с гордостью. — Я решила… Вы никогда не дадите мне того счастья, какого я хочу. Для счастья не нужно уезжать, оно здесь… Дело кончено…