— Я не лгу никогда, — шептала, едва осиливая себя, старуха, — ты это знаешь. Солгу ли я теперь? Я грешница… грешница… — говорила она, сползая на колени перед Верой и клоня седую голову ей на грудь. — Прости и ты меня!
Вера замерла от ужаса.
— Бабушка… — шептала она и в изумлении широко открыла глаза, точно воскресая, — может ли это быть?
И вдруг с силой прижала голову старухи к груди.
— Что ты делаешь? зачем говоришь мне это?.. Молчи! Возьми назад свои слова! Я не слыхала, я их забуду, сочту своим бредом… не казни себя для меня!
— Нельзя: Бог велит! — говорила старуха, стоя на коленях у постели и склонив голову.
— Встань, бабушка!.. Поди ко мне сюда!..
Бабушка плакала у ней на груди.
И Вера зарыдала, как ребенок.
— Зачем сказала ты…