Комментарии
Впервые роман И. А. Гончарова «Обыкновенная история» опубликован в «Современнике», 1847, №№ 3 и 4 (март-апрель). То, что роман был напечатан в передовом демократическом журнале того времени, являлось для него лучшей общественной и литературной рекомендацией.
«Обыкновенная история» была первым художественным произведением Гончарова, появившимся в печати. Всю свою творческую работу до «Обыкновенной истории» – перевод нескольких глав из романа Э. Сю «Атар-Гюль», участие в рукописных альманахах Майковых – «Подснежник» и «Лунные ночи» (стихотворения, 1835, юмористическая повесть «Лихая болесть», 1838, повесть «Счастливая ошибка», 1839), «юмористический очерк нравов из чиновничьего круга» «Иван Саввич Поджабрин», 1842 (опубликован позднее, в 1848 г., в «Современнике» – см. т. 7 наст, изд.) и др. – Гончаров рассматривал, как «пробу сил» на пути к идейной зрелости и реалистическому мастерству. Стихотворения он впоследствии частично использовал в «Обыкновенной истории», приписав их Александру Адуеву и преднамеренно ухудшив в них отдельные строки.
Над романом «Обыкновенная история» Гончаров работал в течение трех лет. В статье автобиографического характера «Необыкновенная история» (1875–1878) он писал: «Роман задуман был в 1844 году, писался в 1845, и в 1846 мне оставалось дописать несколько глав». По убедительному свидетельству одного из близких знакомых семьи художника Н. А. Майкова – А. В. Старчевского, роман не только был задуман в 1844 году, но тогда же в некоторой части и написан. (А. В. Старчевский. Один из забытых журналистов, «Исторический вестник», 1886, кн. 2, стр. 374.)
До того, как отдать свою повесть «на суд» Белинскому, Гончаров несколько раз читал первую часть ее в литературном салоне Майковых. Прежде чем появиться в печати, роман претерпел много исправлений и переделок.
В самом начале 1846 года, как об этом пишет в своем «Воспоминании о Белинском» И. Панаев, «Гончаров несколько вечеров сряду читал Белинскому свою „Обыкновенную историю“. Белинский был в восторге от нового таланта, выступавшего так блистательно, и все подсмеивался по этому поводу над нашим добрым приятелем М. А. Языковым. Надобно сказать, что Гончаров, зная близкие сношения Языкова с Белинским, передал рукопись „Обыкновенной истории“ Языкову для передачи Белинскому, с тем, однако, чтобы Языков прочел ее предварительно и решил, стоит ли передавать ее? Языков с год держал ее у себя, развернул ее однажды (по его собственному признанию), прочел несколько страничек, которые ему почему-то не понравились, и забыл о ней. Потом он сказал о ней Некрасову, прибавив: „Кажется, плоховато, не стоит печатать“. Но Некрасов взял эту рукопись у Языкова, прочел из нее несколько страниц и, тотчас заметив, что это произведение, выходящее из ряда обыкновенных, передал ее Белинскому, который уже просил автора, чтобы он прочел сам. Белинский все с более и более возраставшим участием и любопытством слушал чтение Гончарова и по временам привскакивал на своем стуле, с сверкающими глазами, в тех местах, которые ему особенно нравились» (И. И. Панаев. Литературные воспоминания, М. – Л. 1950, стр. 308).
Белинский и Некрасов намерены были включить «Обыкновенную историю» в задуманный ими тогда литературный альманах «Левиафан». Но издание альманаха на было осуществлено. Осенью 1846 года Некрасов и Панаев приобрели право на издание «Современника», первый номер которого Некрасов и Белинский в 1847 году намечали открыть романом Гончарова.
«Обыкновенная история» поставила Гончарова в первый ряд прогрессивных писателей-реалистов, стремившихся, по словам Белинского, к критическому изображению «разных сторон общественной жизни».
В одном из своих писем к Боткину Белинский писал: «Повесть Гончарова произвела в Питере фурор – успех неслыханный! Все мнения слились в ее пользу… Действительно, талант замечательный. Мне кажется, что его особенность, так сказать личность, заключается в совершенном отсутствии семинаризма, литературщины и литераторства, от которых не умели и не умеют освобождаться даже гениальные русские писатели… Я уверен, что тебе повесть эта сильно понравится. А какую пользу принесет она обществу! Какой она страшный удар романтизму, мечтательности, сентиментальности, провинциализму!» ( Белинский. Письма, т. III, стр. 198–199).
Что касается самого Гончарова, то свою задачу как автора «Обыкновенной истории» он в известной статье «Лучше поздно, чем никогда» (1879) определил так: «Когда я писал „Обыкновенную историю“, я, конечно, имел в виду – и себя, и многих подобных мне, учившихся дома или в университете, живших по затишьям, под крылом добрых матерей, и потом отрывавшихся от неги, от домашнего очага со слезами, с проводами (как в первых главах „Обыкновенной истории“) и являвшихся на главную арену деятельности, в Петербург.