— Бедная моя голова! — повторял он часто, когда та отказывалась принять в осмысленном виде то или другое явление обихода "сосиалей". И сейчас, в квартире Рирэ, в той, откуда "сосиаль" производил наблюдения за вверенным ему на два месяца сводом полушария и откуда проводился в движение исполинский психомагнит, комсомолец пережевывал жестокие по своей экстра-фантастичности новые впечатления.
Два-три последних дня Рирэ редко сопровождал его. Урвется откуда-то на час-другой и снова исчезает, озабоченный и нахмурившийся, как только примет какое-то сообщение по психо-телефону. На все вопросы по поводу его встревоженного состояния он только таинственно отмахивается улыбаясь.
— Ну, чего там! Узнаете в свое время…
И новый проводник, русокудрый молодой Атава с чудными синими глазами и тонкими женственными чертами открытого привлекательного лица, безбородого и безусого, как у всех "сосиалей", ничего не хочет говорить. Но он всегда спокоен. Всегда полная обаяния улыбка играет на его, как нарисованных губах.
Чудится, что новый проводник — женщина, — хотя одежда его не отличается от обычной, и в разговоре Атава произносит "я пошел", "я летел", а не "пошла", "летела".
До сих пор Андрей ничего не знает о положении женщины на земле № 4 и не видал ни одной за исключением тех, которые участвовали в общественных играх. Но эти женщины были явно переодетыми мужчинами: мышцы, сильные порывистые движения, хотя и не лишенные грации; мужественный голос, — все это, несмотря на грим и костюмы, выдавало в артистах мужской пол. "Сосиали" — все великолепно развиты физически: высокая, стройная фигура почти с атлетической мускулатурой; гордо поставленная на широких плечах — с буйной, волнистой шевелюрой голова; изящные, ловкие, свободные движения. И все необычно, без исключения, красивы, красивы до женственности: и физическим, и духовным обликом. Но все же это не женщины.
Где же они?
Среди дня как-то не приходило в голову спросить и лишь засыпая, в грезах, навеянных красотой нового мира, вспоминал Андрей:
"Да-да, завтра непременно надо узнать, где же у них женщины?"
Но приходило "завтра", являлся Атава, принимался показывать и об'яснять неисчерпаемые чудеса своей планеты, — масса неотложных вопросов возникало в связи с этим, и они отодвигали на задний план вопрос о поле.