— Это чей портрет-то? — подозрительно-недружелюбно вопросил глазастый юнец.
— Что вам угодно? — вместо ответа, резко спросил я.
Глазастый горячо обратился к вихрастому, совершенно игнорируя мое присутствие:
— Он (— это, значит, я), он врет… Он — сам профессор и есть… Вон под портретом его фамилия… А портрет его…
Ребята взяли меня в работу. Пришлось сознаться. Но, чтобы не затягивать визита, я не пригласил их в кабинет. Так, стоя в передней, мы и об'яснились.
— От вас только что вышли два подозрительных суб'екта… — начал вихрастый.
— От меня ничего подозрительного не выходило, — отвечал я заинтригованный и смущенный. — Oднакo кто вы сами-то?
— Два "господина" в цилиндрах, — продолжал вихрастый, будто и не слышал моего вопроса. — Они спустились в овраг (дом, в котором я жил, стоял на краю оврага) и оттуда вылетела странная штука, в роде большой сигары; вылетела и унеслась в небо…
— Какое отношение имеет это ко мне? — внутренно я оробел от такого сюрприза.
— А ведь цилиндры вышла от вас? — резонно мотивировал глазастый.