— Следующую!..
Треножник убрали, он не выдержал бы тяжести двухпудовика, который теперь поставили передо мной на скамейке.
Я очень спокойно направил проводник на него, сконцентрировал внимание, и вот взрыв бурных аплодисментов, под топот ног, под неистовые крики: "Гип-гип! Ура!" — двухпудовик взмыл в потолку, как водородом наполненный баллон…
В азарте я ждал, что появится новое приказание:
— Следующую!..
Но оно не появилось. Собрание удовлетворилось виденным. Нужно отметить, справедливости ради, что встал со стула не только не утомленный, но даже несколько возбужденный.
— Господин профессор, — торжественно, как никогда начал цапля на кафедре, едва-едва утихомирив разошедшийся зал, — с этого момента управление машиной, долженствующей совершить полет на Луну, вверяется вам.
Так вот для чего производилась эти опыты!.. Делалось, так сказать, мне испытание, экзамен?! Ах, я честолюбивая тряпка!.. Нужно было сообразить немедленно, к чему все клонилось! Нужно было провалиться, с треском провалиться на этом подлом экзамене!.. Они "не имели той быстроходности, которая позволила бы их машине оторваться от земли"… и теперь они ее имеют!"… О, прохвосты!.. О, культурная св… — впрочем не буду умалять своего достоинства.
Но откуда они узнали о мощи моего интеллекта, когда я сам ничего не знал о ней?! Вот авантюристы, вот пройдохи!..
А председатель продолжал напыщенно.