Еще часов десять пронеслись мы в направлении к "тучной планете" — так назвал Венеру по причине ее облачности глазастый парнишка. В последние два часа я каждые десять минут умерял быстроту падения машины, и когда мы подходили к облачному покрову, наша скорость равнялась скорости быстроходного аэроплана, т. е. всего 6–7 километрам в минуту.
— Ну, друзья, настал решительный момент! — насколько возможно бодрей воскликнул я.
Ребята усмехнулись, заметив, что на самом деле я уже не так бодр, как хочу казаться.
Откровенно-то говоря, я и не чувствовал особой жизнерадостности: чорт ее знает, эту Венеру! — Можно ли на нее положиться? Пригодна ли ее температура и атмосфера для пребывания на ней существа, подобного человеку?
Машина стала рвать тучные облака. Я управлял, ребята зорко следили в нижнее оконцо, прикрутив, "чтоб не мешали", своих пленников к койкам.
Я сумел воочию убедиться в том, что знал раньше из книг: атмосфера Венеры больше чем в два раза превышала земную, хотя об'ему обе планеты почти равны. Это значило, что Венера значительно моложе Земли и находится в менее остывшем состоянии.
Я прорвал последний облачный покров. Через окно заструился слабый дневной свет.
— Вода! Вода! — Завопили мои приятели.
Остановить стремительный бег машины мне не удавалось.
— Много воды? — спросил я, не отрываясь oт управления.