— Да, незначительная масса нашей планеты обладает слабым притяжением и давно улетучились с ее поверхности в мировое пространство такие легкие газы, как водород, азот и кислород. Но в центре ядра Браурранны еще клокочет космическая лава и многие выходящие из недр Бруарранны газы окисляясь входят в химическое соединение с минералами.
— Так бывает и на Земле.
— На Бруарранне дорожат этим. На Бруарранне виутрипланетная деятельность интенсивнее чем на Орре благодаря незначительной плотности массы нашей планеты. Наши экспедиции отыскивают места с большими скоплениями камня, богатого содержанием накопившихся, идущих из ядра планеты газов, и мы производим колоссальные взрывы. Воронки, остающиеся на месте этих взрывов, земные ученые назвали кратерами и цирками. Осколки камней мы перевозим на шарах в наши города, и добываем из них кислород.
10
«Вокруг света» 1929 год №41
— Сейчас мы подъезжаем к Заводу солнца, — сказал Андион.
Долгий путь по подземному туннелю закончился. Вагон остановился на крепкой платформе и невидимым механизмом был поднят кверху. Мы стояли в центре кратера Тихо-Браге. Во все стороны по радиусам разбегались бесконечные ряды огромных машин. От их могучего шума содрогался воздух. От них к искусственному небу, перекрывшему впадину кратера, возносились металлические башни. Многочисленные вогнутые зеркала улавливали, собирали и передавали к машинам лучи солнца. Машины каким-то непонятным для меня образом сгущали, консервировали солнечный свет. Андион сказал:
— Мы запасаем солнце не только для того, чтобы согревать Бруаранну в долгую ночь, но и для того времени, когда недра Бруаранны охладеют, и поддержание жизни на ней потребует большего, чем сейчас, количества солнца. И вот мы откладываем про запас такие солнечные консервы.
Он взял с проехавшей мимо нас тележки отливающий матовым светом кубический дециметр солнечного консерва и положил его мне на ладонь. Горячий куб был гладок, как стекло. Он дышал жаром, но не жегся. В нем чувствовалась огромная скрытая энергия.
— Таблетка, только что вынутая из машины, еще горяча, — сказал Андион, — но она охладеет в складах и пролежит тысячелетия, пока человек будущего не найдет нужным извлечь из нее тепло.