Он врал от самого Петербурга вплоть до места охоты и, наконец, до того заврался, что заставил усумниться даже мужиков. Он рассказал, как он убил медведя из пистолета.
– Мертвого? – живо спросил полковник.
Все засмеялись.
– Нет, не мертвого! – возразил черкес.
– Ну, так нечаянно, – промолвил молодой человек.
– Словно бы барин-то маленичко… – заметил лукаво Аким…
И посыпался на бедного черкеса град насмешек.
– Ты, может, в зверинце… – говорил полковник.
Черкес уже начинал обижаться, но вошедший Кузьма доложил, что подводы готовы и народ дожидается.
На улице толпа. Мужики, бабы, одна с грудным ребенком, девки, мальчишки, с дубинками, с хворостинками, с палками, с ружьями, в рваных полушубках, в кафтанишках, в сапогах, в лаптях, в валенках, стоят смирно. Один мужичок заряжает ружье, перевязанное около курка веревкой, выдергивая из шапки паклю для пыжа.