— Что ж, возомнили себя великими актерами?
— Нет. Я тут с ними беседовал, они как будто такие же скромные, какими были, когда пришли к нам…
— В чем же дело?
— Не знаю, — ответит мне Василий Васильевич, — не волнует, не трогает больше их спектакль. Я пробовал сам с ними репетировать, но, кажется, мало помог им. Вчера вечером зашел опять к ним. Спектакль не растет, а становится суше, холодней. И зрители реагируют на него хуже, да и сборы стали меньше… Посоветуйте вы, Константин Сергеевич, что делать? Они ведь молодые, способные, искренне стремятся стать хорошими артистами…
— Теперь уже поздно, — придется сказать мне, — пусть еще немного поиграют, а со второй половины сезона спектакль надо снять.
— Что же с ними случилось, Константин Сергеевич? — огорченный за вас, спросит меня Василий Васильевич.
— Из спектакля ушла молодость. Они не заметили, как постарели, но не стали умнее и богаче от этого. Так бывает и в жизни. Старость не всегда обогащает, как принято думать.
— Но, может быть, это можно исправить, Константин Сергеевич? Я уверен, они готовы на всё. Они очень любят свой спектакль… — будет горячо защищать вас ваш неизменный адвокат Василий Васильевич.
— Теперь уже исправить нельзя. Как и старика нельзя превратить в молодого. Я им предлагал открыть секрет молодости. Помните, тогда, после первого спектакля, но они были опьянены успехом, верили в себя и отказались: хотели скорее играть, показаться зрителю…
— Константин Сергеевич, мы этого не хотим! — раздались голоса внимательно слушавших его, взволнованных его словами исполнителей спектакля.