Жарко. Беда! В глаза, в нос – пыль лезет. Уж я чихал, чихал! Ах ты! – И мальчик засмеялся, вспомнив, как он чихал.
– Ну? – с интересом спросил большой.
– Ничего. Убёг на другой день.
– Убёг?
– Убёг…
– Ага! Вот видишь ты! – с большим торжеством в тоне заявил большой, но не пояснил, что именно нужно было тут видеть. Где-то в одной из улиц раздались дребезжащие звуки трещотки ночного сторожа. Вслед за ними раздался удар в колокол. Печальный медный звук, волнуясь, поплыл в воздухе, медленно угасая и точно жалуясь на что-то.
– Идти уж! – сказал мальчик и двинулся вперёд.
– Ты куда? Квартира – мать-отец есть, али так где? – спросил его собеседник, крупно шагая рядом с ним.
– Я-то? Так. Мать померла в холеру. Я тут у тётки.
– Родная?