Приходила бабушка; всё чаще и крепче слова её пахли водкой, потом она стала приносить с собою большой белый чайник, прятала его под кровать ко мне и говорила, подмигивая:
- Ты, голуба душа, деду-то, домовому, не сказывай!
- Зачем ты пьешь?
- Нишкни! Вырастешь - узнаешь...
Пососав из рыльца чайника, отерев губы рукавом, она сладко улыбалась, спрашивая:
- Ну и вот, сударь ты мой, про что бишь я вчера сказывала?
- Про отца.
- А которое место?
Я напоминал ей, и долго текла ручьём её складная речь.
Она сама начала рассказывать мне про отца, пришла однажды трезвая, печальная и усталая и говорит: