– Здравствуйте!.. слава богу, перевели вас!.. вот я принесла тут… – и она совала ему в руки какой-то узел, вся красная и испуганно оглядывавшая исподлобья палату.
У Павла страх уже успел исчезнуть перед горячей радостью, покрывшей его щёки слабым румянцем.
– Покорно вас благодарю! покорнейше вас благодарю! Покорное спасибо! Очень рад я вам. Очень!.. Садитесь вот сюда или вот сюда!., вот тут очень удобно…
Благодарствую! Хорошее вы делаете дело… Будьте уверены в этом… – говорил он ей, сверкая глазами и весь преображённый.
Она ещё более растерялась от этого неожиданного ею приёма и всё ещё не переставала оглядываться по сторонам, посматривая то на того, то на другого больного и точно боясь среди них встретить кого-то, кто был бы ей очень неприятен.
– Ничего! я сяду. Не тревожьтесь. Вам вредно… – вполголоса говорила она, делая свои изыскания.
Охваченный энтузиазмом, Павел заметил это.
– Вы не беспокойтесь… Это всё хорошие больные люди… разговорчивые, вежливые.
Они ничего… Весьма приятные господа. Ах, как я вам рад!.. – закончил он свою рекомендацию чуть не криком.
Она уже успела осмотреть всю палату и, вздохнув, улыбнулась Павлу широкой, доброй улыбкой.