— Мы, говорит, мещане — русские, а дворяне — немцы, и это, говорит, надо переменить…
Вормс, пошевелив серыми бровями, спросил:
— Как?
— Что?
— Переменить — как?
— До этого он не дошёл!
Исправник поднял к носу указательный палец, посмотрел на него, понюхал зачем-то и недовольно наморщил лоб.
— А другие? — спросил он.
— Другие? — повторил Бурмистров, понижая голос и оглядываясь. — Другие — ничего! Кто же другие? Только он один рассуждает…
— А печник? Там есть печник! Есть?